- Семеныч, что будет, как думаешь? - спросил наконец Григорий.

- Что будет... Платить придется.

- Много?

- Да вряд ли... Машина у них неновая. С другой стороны, ты и не виноват ни в чем, но с этими разве поспоришь?

- А если через суд?

Водитель не ответил, только горестно вздохнул. Снег за окнами, казалось, стал еще злее молотить по корпусу машины.

Едва они въехали во двор "Красного креста", от крыльца больничного корпуса отделилась женская фигура в накинутом поверх халата пальто. Григорий узнал Полину Вожжову из нейротравматологии. Врачом она считалась неплохим, но со своими коллегами обычно не церемонилась.

- Алька, как у тебя дела? - спросил он, пока врач шла к машине.

- Уходит, - отрывисто и с отчаянием ответила та.

- Где, показывайте, - потребовала Вожжова, заглянув в салон. Осторожно тронула голову через салфетку, приподняла веко. - Давление?

- Двадцать на ноль, - с готовностью ответила Алька.

- Опять труп привезли? - Вожжова обвела всех недобрым взглядом.

- Не труп, - насупилась Алька. - Корнеальный рефлекс...

- Да какой еще рефлекс?! Что взяли моду трупы у нас складывать? Посмотрите на него - фиолетовый уже...

Григорий понимал - никому не хочется делать безнадежное дело, записывать на больницу еще одну безуспешную реанимацию, ломать показатели и так далее. Но при этом иногда выпадает шанс из тысячи, что и безнадежного пациента можно вытянуть.

- Нам его обратно на дорогу вывалить? - произнес Григорий.

- Везите в свою БСМП... А вы вообще что?.. Вы - шофер?

- Я врач.