- Я слышал про "Золотой родник", - произнес Григорий, в душе которого начало тлеть сомнение. - Но, поймите, реанимация везде одна и та же. Ехать туда - терять время, которого и так уже нет.

- Не беспокойтесь ни о чем. Я ведь тоже призываю не терять времени.

- Да, но... Уже готова аппаратура, там ждут. И вообще, это подсудное дело.

- Там не расстроятся, если останутся без больного. А насчет подсудности... Ну, можете сказать, что я вам угрожал, - парень улыбнулся и изобразил пальцами, что стреляет в Григория из пистолета. - Хотя говорить вам ничего не придется. Обещаю.

Гриша в нерешительности мял в ладони доллары. Он бы отказался, он бы слушать никого не стал... Но из памяти поднялось перекошенное лицо Ганса, требующего оплаты за помятый "Опель". У Григория до сего момента таких денег не было.

- Ну все, договорились, - с облегчением произнес парень, воспользовавшись настроением Григория. - Ребята, тащите в машину...

Григорий вдруг увидел, как из тела пациента бесцеремонно выдергивают иглу капельницы.

- Стоп, перестаньте! - воскликнули они одновременно с Алькой. - Если не знаете - не лезьте. Мы сами его довезем, показывайте дорогу.

Парни в нерешительности переглянулись.

- Ну пусть, - сказал один. - Нам же лучше - салон кровью не пачкать.

- Алька, - проговорил Гриша, несмело посмотрев ей в глаза, - может, они правы?

- Делай как знаешь, Гриша, - ответила она. - Я тебе доверяю.

- Значит, едем. Только сделай ему интубацию, пока не тронулись.

- Один пусть будет с нами, - звонко приказала Алина. - Мне нужен помощник.

Григорий взглянул на безжизненное тело на носилках. Ему уже казалось, что он зря остановился, зря затеял разговор с этими странными незнакомцами. Видимо, надежды уже никакой. Но, может, они знают, что делают?

- Поехали, - сказал он.

Снова "рафик" выехал на ночную улицу. Было слышно, как сзади Алька обучает добровольца-помощника.